Коммик (stalinist) wrote,
Коммик
stalinist

Categories:

О пытках и слезинке замученного ребёнка

Диакон Андрей Кураев незаметно, по-военному подпустил провокационную запись под, как обычно, подлым заголовком С чего начинается родина. Родина, по мнению Кураева, начинается с жестоких пыток сотрудниками ФСБ невинных людей. По крайней мере, сама запись содержит только две выдержки из рассказов двух людей о том, как их пытали ФСБ-шные сатрапы, без всяких комментариев со стороны Кураева.

К чему бы это такая публикация? Я задаю автору вопрос:
Батюшка, вы христианин? Всякая власть -- от Бога -- вы с этим согласны?

Или вы призываете к бунту против власти? Что нам делать, чтобы наследовать жизнь вечную? Бороться с режимом или подставлять щеки душегубам из ФСБ?
Ответом он меня не удостоил, да и приличного ответа у него, я думаю, нет. Однако чистосердечные, без фиги в кармане комментарии и вопросы сподвигли меня на следующие посильные соображения.

1. Прежде всего, скажу сразу, что пытки невинных людей я считаю одним из самых гнусных и тяжелых преступлений, и виновных в таких пытках, я полагаю, надо уничтожать на месте, по-сталински, как бешеных собак. (Они обычно и есть бешеные, поскольку в такие дела обычно пробиваются явные или скрытые садисты, для которых мучить людей -- первейшая потребность.)

Значит ли это, что пытки никогда не могут быть морально оправданы? В этом я не уверен. Помнится, на заре перестройки дорвавшиеся до власти либералы всё носились с идеей о недопустимости "слезинки ребёнка", причем Достоевского читали немногие из них, поэтому они не знали, что он писал о "слезинке замученного ребёнка". В общем, даже "слезинка ребёнка" недопустима, причитали они.

Однако, в рамках развернутой американцами "борьбы с террором", самая либеральная демократия в мире -- США -- официально узаконила пытки, и в новостях сообщали официальные данные, сколько раз пытали водой тех или иных людей, подозреваемых в терроризме (одного из них -- 183 раза). И я не слышал никаких воплей российских либералов по поводу столь вопиющих нарушений прав человека, причем человека невиновного, а ведь человек невиновен, пока его вина не доказана в суде -- я правильно понимаю? Интересно, что, в то время, как приведённая в предыдущем предложении американская статья в Википедии в деталях описывает пытки, которые официально применяли американцы, в соответствующей русской статье про эти американские пытки написана лишь пара слов: российского американолюбивого либерала лишь могила исправит.

Я предлагаю рассмотреть мучения, в которые погрузили советский народ гайдарочубайсы. В России сейчас миллионы больных детей, для которых сострадательные люди клянчат какие-то гроши, в то время как любимцы гайдарочубайсов и они сами покупают себе прогулочные океанские корабли, называемые почему-то "яхтами". Раковые больные умирают в страшных мучениях, которые не придумает никакой сатрап ФСБ, потому что эти больные и их родственники не могут достать копеечные обезболивающие, используемые эффективными больничными менеджерами для личного обогащения в рамках наркоторговли. Я читал про одного российского генерала, который застрелился, чтобы избежать этих мучений. Так умер в России мой тесть и еще более страшно умер свёкор моей второй жены. Он кричал своему сыну (первому мужу моей второй жены): "Ты не представляешь, какая это боль!" Вскоре после его смерти и под её впечатлением, этот сын -- сорокалетний военный лётчик и хоккеист -- тронулся умом и повесился.

Мне самому посчастливилось поселиться более 25 лет назад в гуманной цивилизованной стране -- Канаде, и у меня самого есть личный опыт рака, который у меня диагностировали чуть менее, чем 2 года назад. (Временны́е данные я привожу для того, чтобы вы не подумали, что я уехал из России по медицинским соображениям. Этот мой недавний рак -- первая в моей жизни серьёзная болезнь; в общем, грех жаловаться, пожил я немало вполне благополучно.) В ноябре 2018 года мне сделали серьёзную полостную операцию по удалению опухоли. Когда я очнулся, я увидел венозный катетер на руке с трубочкой, ведущей к пластиковому мешку для внутривенного вливания. Как мне объяснили, там был морфин; при боли мне нужно было лишь нажать кнопку, и автоматический дозатор ввёл бы морфин в кровь. Боли у меня не было, кнопку я не нажимал, тем более, что опасался обрести зависимость. Когда катетер отсоединили, я, довольный собой, спросил: "Поскольку я ни разу не использовал раствор, будет ли он пригоден для использования кем-либо еще?" -- "Нет," -- ответили мне, -- "Он будет уничтожен, поскольку он был открыт, и его стерильность была нарушена". Я не знаю, сколько я еще проживу, но, по крайней мере, я могу надеяться, что в случае сильной боли я всегда получу свою дозу морфина.

Итак, миллионы советских людей, включая множество детей, подвергнуты страшным мучениям гайдарочубайсами. И почему-то либералы никак не озабочены морями слез замученных ими детей. Хотелось бы гайдарочубайсов наказать в достаточной мере, соответствующей чудовищности их преступлений, в том числе и для этого, чтобы предупредить такого рода государственные преступления в будущем. Думается, гуманная смерть от пули в затылок была бы совершенно неадекватной их преступлениям. Публичная смерть, скажем, на колу более соответствовала бы тяжести содеянного.

Но пытки могут иметь и оправданный практический смысл. Как вернуть награбленное гайдарочубасами и их выкормышами, которое они перевели на заграничные счета и т.п. -- то, награбленное, что может спасти миллионы российских детей? Думается, только пытками, причем здесь уместно будет пытать не только их самих, но и членов их семей, включая невинных детей: пытки этих невинных предупредят умышленные или природные мучения миллионов невинных, ставших или могущих стать жертвами преступлений гайдарочубайсов или, скажем, агрессоров, чью агрессию можно предупредить или победить с помощью пыток. Могут ли от пыток, разрешённых из лучших побуждений, пострадать невинные? Разумеется, могут, но это всё -- игра случайности, и статистические закономерности могут обеспечить количество спасённых, многократно превышающее количество невинно пострадавших.

Если бы у меня была власть, запретил ли бы я пытки? Да, запретил бы, но только потому, что я -- человек малодушный, и я боялся бы сам быть подвергнутым пыткам. Однако благородно ли это -- запретить важный инструмент борьбы за справедливость и благополучие всего человечества ради того, чтобы спасти лично себя?

2. А теперь перейдём к христианскому представлению об этом предмете. В беседе у Кураева я написал:
Фразу "Всякая власть от Бога" не следует понимать, что власть может быть хорошей, а если она плохая, то у Бога есть на то Свои соображения. Её следует понимать так: христианин вообще не ставит вопрос о качестве власти -- это и вне пределов его компетенции, и вне пределов его интереса, каковой, как вам известно, состоит не в усовершенствовании сего света, а в заботе о собственной душе.

Поэтому батюшкино политиканство ну совершенно не христианское.
Некая дама по имени Ольга мне возразила, процитировав меня:
... а в заботе о собственной душе. Согласие с тем, что людей пытают в застенках - это забота о собственной душе?
Я напишу здесь свой ответ Ольге.

Во-первых, людей пытают без нашего ведома, так что в нашем согласии никто не нуждается. Однако, принимаю ли я за должное описанные у Кураева пытки? Нет, ни в коем случае! Пожалуй, было бы справедливо заставить этих палачей пытать друг друга. Но это позиция совершенно нехристианская.

Представьте себе, что где-то на Суматре нашли дикаря, который не имеет никакого понятия о современной медицине. И вот он случайно оказался в больнице и увидел, что в операционной хирург делает разрез в теле пациента. Возмущенный этим "изуверством" дикарь врывается в операционную, вырывает у хирурга "орудие мучительства" -- скальпель и вырубает его самого ударом дубины. "Упс", -- сказали бы в этом месте американские зрители, -- "Ошибочка вышла".

Вы можете возразить: хирург вмешивается в организм пациента из лучших побуждений, а ФСБ-шные сатрапы мучают людей за деньги или для собственного удовольствия. Однако всё на свете, в том числе и зло, творится в мире по попущению Божьему, и, следовательно, Он видит в этом зле какой-то смысл, в том числе и в слезинках замученных детей. Какой смысл? Мы можем только гадать -- пути Господни неисповедимы. Достоевский, очевидно, не догадался.

Однако я приведу по этому поводу другой пример, который, удивительным образом, никто еще не осмелился воплотить в виде текста или фильма, насколько я знаю. Представьте себе некую группу хорошо вооруженного спецназа, попавшего в результате путешествия во времени в Иерусалим в Страстную Седьмицу (кажется, такие персонажи называются "попаданцами"). И вот они совершают дерзкий налёт на римскую охрану и вырывают Иисуса из лап мучителей, предотвращая самое чудовищное преступление в истории мира -- пытки и казнь Сына Божьего. Как вам такой сюжет?

Можно, наверное, догадаться, что это было бы очень глупо: попаданцы вмешиваются в промысел Божий в попытках его "улучшить". Так вот, христианин не ставит перед собой цель улучшить промысел Божий.

ДОПОЛНЕНИЕ
Tags: america, christianity, enemies, health_care, justice, morality, politics, russia, stalinism
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic
  • 74 comments