June 30th, 2005

Верю ли я в превосходство русского народа?

Мой славный подопечный Пионер сейчас восторженно погрузился в пучину дискуссии о "славянском лице". Суть в том, что некто решил эпатировать жидолибералов путем дачи объявления о приеме на работу человека со "славянскими чертами лица", что вызвало шквал обвинений со стороны жидолибералов в русском фашизме. Пионер и его команда встали, в свою очередь, грудью на защиту права "славян" любить друг друга.

Приоритет русских имеет смысл защищать, если считаешь их в том или ином смысле лучше любых нерусских. Каково мое отношение к этому вопросу?

Оно менялось со временем так же, как и другие мои политические воззрения.

Вопреки мнению многих антисоветчиков, включая Пионера, Советская власть, начиная со сталинской Великой Чистки, культивировала идею если и не о превосходстве, то о величии русского народа. Именно русского, а не только советского. Поэтому в юности я был закоренелым, как выражались большевики, великорусским шовинистом. Я считал, что русский народ велик, потому что Ломоносов, Кулибин, Черепанов, Можайский, Циолковский, Чайковский и т.п. В общем, типичный евроцентричный взгляд на вещи.

Позднее я понял, что перечисленные деятели были фикцией: они не были сколько-нибудь значительными фигурами, и то, что они сделали, нисколько не было специфически русским. Справедливость заставляет отметить, что и у русских были истинно великие по европейской мерке люди (например, Менделеев, Колмогоров, Королев), но в количестве весьма и весьма скромном.

Переехав на Запад, я осознал, что, кроме евроцентричных достоинств, у русских есть нечто, чего нет у западников. Очень важным было для меня почитать С.Г.Кара-Мурзу, с помощью которого я понял, что евроцентризм есть форма нацизма, и устыдился, что я как раз таковым и был. Я пришел к выводу, что превосходство русских лежит отнюдь не в области высоких технологий, ракет и балета -- оно может быть найдено в русской духовной культуре.

Таким образом, я поверил в превосходство русского народа, основанное на его духовной культуре. Русский человек велик постольку, поскольку он привержен своей духовной традиции -- НЕЗАВИСИМО ОТ СТЕПЕНИ СЛАВЯНСКОСТИ ЕГО ЛИЦА! Как только он отходит от своей духовной традиции -- а именно это мы наблюдаем сейчас -- он превращается в заурядное ничтожество.

Верю ли я в превосходство русского народа? Скажем так: я все еще на это надеюсь, но надежда эта постепенно испускает дух.

Любовь к матери как метафора национализма

В предыдущей ветке под заголовком Верю ли я в превосходство русского народа? sibarit написал:

Верите ли Вы в превосходство русского народа? А верите ли Вы в превосходство собственной матери над прочими матерями? Я, дурак, пойду убирать могилку собственой матери. Достоинства прочих мне по-барабану. Вам, похоже, необходимо себя убедить, что могилку собственной матери Вы посещаете исключительно из-за ее превосходства - а в чем? Смердяков убедил себя, что мы - весьма глупая нация-с, и потому лучше нам не жить. Честным был Смердяков, несчастный 4-й братец Карамазов. Однако Бор недаром указал на дополнительность понятий "молоко матери" и "цена". Если есть цена - это не молоко матери, если молоко матери - нет цены. Если я говорю о русскости - мне плевать на достоинства/недостатки, я хочу видеть своих внуков/правнуков русскими. Имеет ли смысл торговаться о достоинствах? Они постулируются, точка.

Мой ответ был таков:

====================================================

Вы говорите об узах кровного родства. Мне кажется, русским не свойственно почитание кровного родства как такового, в отличие от, скажем, евреев и других дикарей, застрявших на родо-племенной стадии развития. Любой еврей назовет вам 50 своих родственников, при том, что многих из них он никогда не видел, и каждый из этих родственников будет ему несопоставимо дороже самого распрекрасного русского. Мне это кажется омерзительным.

Мне кажется, мы, русские, любим близких людей прежде всего потому, что мы имеем возможность их узнать лучше кого бы то ни было, а не потому, что у нас общий геном. Тем самым мы обнаруживаем у них драгоценные качества, которые, возможно, есть и у других, но про других мы не знаем. В этом смысле наши близкие оказываются превосходящими всех остальных по этим самым качествам.

sibarit: Если я говорю о русскости - мне плевать на достоинства/недостатки, я хочу видеть своих внуков/правнуков русскими.

Я тоже. Но -- хорошими русскими, а не русскими-мерзавцами. Вам, наверное, известно, что среди русских встречаются неописуемые мерзавцы.

А что такое хороший русский? Как вы его определите? Как бы вы его не определили, он, я думаю, получится у вас лучше, чем, скажем, хороший американец. А это и есть ощущение превосходства.

Во всяком случае, определите, пожалуйста, русского. Это всем будет интересно.

====================================

После некоторого размышления я начал склоняться к тому, что sibarit прав, возражая против слова превосходство. Дело, возможно, в том, что мы играем в одну игру, а они -- в другую, поэтому нам интересны наши, а не чужие.

Но слово превосходство не было существенным, поскольку главный вопрос -- что такое русский и русскость, и как мы это определяем: по славянским ли чертам лица или как-то иначе.

Представьте себе простой мысленный эксперимент: негритенок, усыновленный в возрасте нескольких недель или месяцев русской семьей. Наверное, он также будет любить свою русскую приемную маму, как sibarit любит свою, и она, в свою очередь, наверное, будет любить его как собственного сына. Кем он будет: русским или нет?