February 28th, 2008

По следам наших публикаций: Патентный шабаш

Как я писал в предыдущей заметке, патентная вольница пошла вразнос. А вот и свежее потверждение (спасибо qaraabayna за ссылку на интересный источник):

Даже с учетом увеличенного набора патентных экспертов, оцениваемого в 1200 человек ежегодно в течение последующих 5 лет, американское Патентное бюро будет, как ожидается, иметь более 1,3 миллиона накопившихся нерасмотренных заявок к концу 2011 финансового года, как сообщил сегодня Government Accounting Office.

Неужели мы должны поверить в то, что в наши дни ни с того, ни с сего вдруг произошел взрыв американского творческого гения, и каждый американец землю попашет, попишет патент?

Один из комментаторов к цитируемой заметке пишет:

О, постойте... Как патентное бюро зарабатывает деньги? Утверждением патентов, что и является первой причиной изменения правил таким образом, чтобы можно было утверждать всё это дерьмо.

Вовсе не случилось внезапного появления идей в мире -- планка для патентопригодности была радикально снижена, и система сломана по этой причине.

О скрытой сексуальности, пронизывающей эфир

Тов. golubchik привел замечательную цитату из Лескова, которую я воспроизведу здесь:
Настя больше всех, кажется, любила маленькую барышню, и Маша ее любила без памяти. С тех пор как Костик женился на Алене и занял Петровнин чулан, Настя стала спать на войлочке возле Машиной кроватки. Ночью, бывало, и то у них дружба идет. Проснется Маша, сейчас шепотом Настю зовет или сама соскочит в рубашоночке с кроватки да прямо и юркнет к Насте под одеяло, и целуются, целуются, словно любовники молодые или как голуби. Так и заснут, уста к устам прижавши. Настя Машу обнимает, а та ее обхватит своею ручонкою за шею, и спят так, как два ангела божьи. Не раз их так заставала барыня, и доставалось за это на орехи и Насте и барышне, но разнять их никак не могли. Днем тоже Маша вертелась все возле Насти. Зимой Настя тальки по уроку пряла. Две тальки в неделю, по сорока пасом, в каждом пасме по сорок ниток, и чтобы свернутая талька в барынино венчальное кольцо проходила. Это очень трудная работа, но Настя была первая мастерица прясть. Случился у Насти двугривенный, и купила она за него на ярмарке для Маши маленький гребень с донцем. Такая была радость ребенку! С тех пор она все с этим снарядом в ногах у Насти на скамеечке мостилась и пряла хлопки. Шутя, шутя выучила ее Настя прясть, и сама, бывало, засмотрится, как та одною лапкою намычку из гребня щепет, а другою ведет нитку да веретенцем маленьким посукает. "Погоди, - говорила Маша, - погоди, Настя, выучусь хорошенько прясть, я тебе стану помогать". Настя схватит ее, целует, целует, та только лепечет: "M-м, задусис, задусис", а сама все терпит и губенками к Настиным губам, как пчелка маленькая, льнет. Отличное дитя было!

Моя ассоциация с этим текстом -- сад Эдема до того, как Ева имела несчастье поговорить с гадом, назвавшим все вещи своими именами.

В наше время гадом является либеральная пропагандистская машина, которая пришла и всё опошлила, так что теперь все начинают косо смотреть даже на невинное объятие друга того же пола.

Тем не менее, нам, возможно, не мешает осознавать, что сексуальность вмешивается в нашу жизнь гораздо чаще, чем принято считать. Слюнявые чмоки детей, тискание животных, даже, может быть, любовь к автомобилям -- всё это основано на сексуальности. С одной стороны, педо-, зоо-, автомобилефилия, а с другой -- насколько более насыщенной и волнующей делают они нашу жизнь!