March 29th, 2013

Население и народ

Население и народ соотносятся друг с другом, как пространство и пространство-время. Народ вечен, а население -- это пространственный срез народа в данный момент времени. (Народом в миниатюре являлась русская крестьянская община).

Либерализм не признает народ, поскольку он не признает ни временной интеграции людей -- преемственности поколений, -- ни пространственной интеграции -- общности почвы. Понятие "народ" не вмещается в прокрустово ложе либеральной ментальности, являясь для нее вздорной мифологической абстракцией.

Приватизация народной собственности -- уничтожение народа. Либералы любят поиздеваться над якобы присущим коммунистам лозунгом "Всё отнять и поделить", но именно это либералы и сделали: они всё отняли у народа и поделили между собой. Население избавили от ответственности перед будущими поколениями, провозгласив новой нормой жизнь исключительно для себя.

Фундаментальный порок капитализма -- сиюминутность мировоззрения, отрицающая и опыт предыдущих поколений, и нужды поколений будущих. Человека свели к уровню мыши, которая в своей фантазии о рае не может выйти за пределы манящего образа большой кучи зерна.

Пилотируемый космос -- современные египетские пирамиды?

Пилотируемые полеты в космос стоят дороже на порядки по сравнению с запусками автоматических аппаратов: человек, по меркам аппаратуры, весит очень немало, но намного больше весят системы его жизнеобеспечения: герметизированные капсулы большого объема и с прочными стенами и иллюминаторами, системы обеспечения дыхания, питания, выделения и т.д.

Между тем пользы от наличия человека в космосе -- абсолютно никакой. Полеты американцев на Луну, даже если они действительно состоялись, были не более чем туристическими поездками с билетами ценой во многие миллиарды долларов: образцы лунного грунта гораздо дешевле добывать автоматами.

И за всё это спасибо энтузиасту пилотируемой космонавтики Сергею Павловичу Королёву! Его юношеский задор заставил американцев забыть весь их прагматизм и, задрав штаны, бежать за комсомолом!

Заметим, что даже приземленные капиталисты поняли, что лучше держать человека в своей хижине, чем пускать в высокие сферы: outsourcing -- индусы сидят на другом конце Земли и работают себе над объектами в США. Насколько же выгоднее заменить космонавтов в космосе индусами на Земле!

Либеральная шизофрения

Налогообложение -- это чистый социализм (см. ссылку на статью о шкале американского налогообложения до 91%). Это социализм отнюдь не в ругательно-метафорическом, а буквальном смысле: деньги собираются в пользу государства для использования в предположительно общенародных интересах.

При этом капиталисты делают вид, что не замечают социализма у себя под боком и поливают некий абстрактный социализм грязью при первой возможности.

Из этого раздвоения сознания возникают такие химеры, как формально законные, но общественно порицаемые способы ухода от социализма -- офшорные махинации, существующие, в значительной степени, для защиты законных доходов от налогообложения.

На самом же деле нельзя быть за либерализм и капитализм и против офшорных зон: или вступайте в компартию, или принимайте офшорных проходимцев за порядочных людей.

Об утопии правого государства

Либеральные утопии ничуть не более реалистичны,чем утопии коммунистические. Одна из самых любимых либеральных утопий -- миф о правовом государстве: вот, де, независимый беспристрастный суд, экспертиза с завязанными глазами и тому подобная поэзия.

Меня всегда занимало, как можно верить в суде показаниям экспертов: что мешает экспертам в своих заключениях показать то, что хочется им или кому-либо еще, рискуя, в самом худшем случае, взысканием за небрежность? Почему экспертам можно верить, как папе римскому? Или против экспертов обвинения надо выдвигать экспертов защиты? Но даже в этом случае эксперты обвинения получают следственный материал раньше, поэтому они могут модифицировать его как им заблагорассудится, в том числе и полностью сфабриковать его заново.

Да что там эксперты! Любому человеку можно подбросить наркотики или оружие или, наоборот, украсть его вещи с его отпечатками пальцев и подбросить на место тяжкого преступления.

Попросту говоря, при всех этих эффектных либерально-правовых декорациях уничтожить можно абсолютно любого человека, начиная от бомжа и кончая президентом.

"Почему же не уничтожают тогда?" -- спросит недалекий либерал. А кто вам сказал, что не уничтожают? Можно ли быть уверенным, что хоть один суд действительно нашел истину и осудил действительно злодея?

"Но меня же никто не уничтожил?" -- не унимается либерал. Это только потому, что ты не представляешь ни интереса, ни опасности для сильных мира сего. Но, лишь только они почувствуют малейший признак тревоги  в связи с твоей личностью, быть тебе лагерной пылью в любой стране с самыми разрекламированными свободой и правами человека.

Может быть, так называемая правовая система делает репрессии и террор чуть более дорогими, но богатые страны пока могут себе её позволить. Надолго ли?