Коммик (stalinist) wrote,
Коммик
stalinist

"Знаете, какой он гнидой был..." (Об академике А.Д.Сахарове)

Вячеслав Рыбаков в статье "Ах, эта страшная идеократия!" цитирует "Воспоминания" Сахарова. Далее текст Сахарова -- в кавычках и коричневым (а каким еще?) цветом, весь остальной текст принадлежит Рыбакову:

===================== Начало цитаты =============================

"…Я как-то услышал разговор о недопустимости проявить "слабость" по отношению к крымским татарам, "рвущимся в Крым".
- Крым - территория государственного и международного значения.
Разговаривая в своем кругу, чиновники откровенно указывали на истинную причину совершающегося беззакония. Я не выдержал и повернулся к говорящим с восклицанием:
- Но ведь это их родина!
" (с. 411; все цитаты и, соответственно, нумерация страниц относятся к первому тому).
"Несколько слов о том, как я отношусь к палестинской проблеме в целом. Несомненно, каждый народ имеет право на свою территорию - это относится и к палестинцам, и к израильтянам, и, скажем, к народу крымских татар. После трагедии, разыгравшейся в 40-х годах, палестинцы стали объектом манипулирования, политической игры и спекуляции… Давно можно было бы расселить беженцев по богатейшим арабским странам…" (с. 529).

То есть все народы - и крымские татары, и израильтяне - имеют право на свою территорию, потому что это их родина, и не давать им жить на родине - беззаконие; но палестинцев надо депортировать в богатейшие арабские страны. И это походя, между делом, как о чем-то простом и естественном, заявляет великий гуманист, чье мнение было объявлено голосом совести страны; не в пылу спора говорит, не по запальчивости, но в выверенном тексте не раз переписывавшейся и редактировавшейся книги. И даже не чувствует, что в двух соседствующих фразах высказал две прямо противоположные позиции: одну - красивый и безгрешный трюизм, и другую - конкретный рецепт решения конкретной политической проблемы, причем рецепт предельно ОДНОСТОРОННИЙ. И как с человеком, например, спорить, вообще что-то обсуждать, или, наоборот, почтительно следовать его советам, если он сам в собственных высказываниях подобных противоречий ДАЖЕ НЕ ЗАМЕЧАЕТ?

Или вот. Снова о чудовищной депортации крымских татар. "Причиной депортации было объявлено сотрудничество крымскотатарского народа с немцами во время оккупации Крыма. …Несомненно, однако, что делать ответственным за индивидуальные преступления - если они имели место - целый народ недопустимо ни во время войны, ни спустя почти сорок лет!" (с. 463).
"Днем я ездил в троллейбусе и мог убедиться, как относятся литовцы к русским… Как только я садился на сиденье рядом с литовцем или литовкой, они демонстративно отворачивались или пересаживались на другое место. Несомненно, они имеют на это право" (с. 631).

То есть возлагать ответственность на какой-то народ за индивидуальные преступления его представителей - нельзя, но возлагать ответственность на всех русских за зверства интернационального коммунистического режима - "ЕСЛИ ОНИ ИМЕЛИ МЕСТО" - можно и вполне правомерно ("имеют на это право").

А вот беседа Сахарова и Боннэр с женой Солженицына.

"[Она - В. Р.] сказала: как я могу… придавать большое значение проблеме эмиграции, когда… в стране так много гораздо более важных, гораздо более массовых проблем? Она говорила, в частности, о том, что миллионы колхозников по существу являются крепостными, лишены права выйти из колхоза и уехать жить и работать в другое место. По поводу нашей озабоченности [дать детям образование за рубежом - В. Р.] Аля сказала, что миллионы родителей в русском народе лишены возможности дать своим детям вообще какое-либо образование. Возмущенная дидактическим тоном обращенной ко мне "нотации" Натальи Светловой, Люся воскликнула:
- На…ть мне на русский народ! Вы ведь тоже манную кашу своим детям варите, а не всему русскому народу.
Люсины слова о русском народе в этом доме, быть может, звучали "кощунственно" [в кавычки слово "кощунственно" поставил почему-то сам академик - В. Р.]. Но по существу и эмоционально она имела на них право
" (с. 577).

Опять "имела на это право"… Причем не только эмоционально, но и ПО СУЩЕСТВУ. Причем эти слова звучат "быть может кощунственно" только "в этом доме", стало быть, есть дома, где они звучат отнюдь не кощунственно, а вполне нормально… Причем сам Сахаров настолько с этими словами согласен, что счел своим долгом процитировать в своих мемуарах, хотя никто его за язык не тянул.

И это общечеловеческие ценности? Защита прав человека? Простите, какого именно человека? Любого или нет? Нет. Очевидно - нет. Стало быть, это неосознаваемая самим ее носителем, но оттого - еще более неприкрытая и жестокая идеология, которую, боюсь, если бы в качестве козлов отпущения оказались избраны, скажем, те же татары, литовцы или израильтяне, всяк демократ без особых колебаний мог бы (да просто долгом своим почел бы! и был бы прав!) отнести к нацистским. Хотя сам Сахаров совершенно искренне был уверен, что ненавидит фашизм во всех его проявлениях.

Насчет народа там вообще очень странные представления. Вот, скажем: "Адвентистов… преследовали при Победоносцеве, но несравненно более жестоко - при советской власти. Причина - их принципиальная независимость от власти. Хотя адвентисты не уклоняются от призыва в армию, но отказываются давать присягу и брать в руки оружие… Очень многие адвентисты живут на нелегальном положении под ложными фамилиями, зарегистрированные браки их фиктивны… естественно, что в такой обстановке вырабатываются и отбираются стойкие, надежные характеры. Еще в Москве к нам приходил один из них…, очень понравившийся и Люсе, и мне. Теперь я увидел их уже в "массе". …И очень рад, что мне удалось прикоснуться к живому народному духу" (с. 738-739).

Вот где для Андрея Дмитриевича народный дух.

А что о просто народе? Как таковом, действительно в "массе"?

Практически ничего. Просто нет такого. Я нашел лишь одно значимое (помимо уже цитированной реплики Елены Боннэр) упоминание: "Может, это покажется кому-то наивным и поверхностным [даже такую реплику академику показалось необходимым предварить извинением и продемонстрировать готовность признать свою неправоту - В. Р.], но… когда я вспоминаю некоторых… людей, с которыми меня столкнула жизнь, мне начинает казаться, что этот несчастный, замордованный, развращенный и спившийся народ, который сейчас даже и не народ в прямом смысле слова, все еще не совсем пропал…" (с. 715).

И анализировать-то эти слова неловко. Все сам сказал. Не народ - и баста.

А далее: "Не величие исторического пути нации, не православное религиозное возрождение, не сопричастность к революционному интернационализму - все это не то, все это иллюзии, когда говорят о народе. Но простое человеческое чувство, сопереживание чужой жизни, жажда чего-то более высокого, чего-то для души. Эти искорки еще есть… Что-то с ними будет? Как в общенациональном плане - не знаю, да и важно ли именно это? Но в личном, общечеловеческом плане я уверен, что эти искры будут гореть, пока существуют люди" (там же).

Как говаривал Санчо Панса: "Как это красиво, сеньор кавалер, чтоб я околел…"

Но если посмотреть поконкретнее? Помимо роскошной концовки, что сродни прекрасному зачину о том, будто все нации имеют право на территорию, ибо она их родина (после которого идет конкретное предписание, кому именно родина полагается, а кому нет), - что тут на самом деле написано?
Во-первых. Сохранится ли российская нация - неважно.
Во-вторых. Людям надо иметь что-то высокое для души, но иметь в подобном качестве величие исторического пути нации, православное религиозное возрождение, сопричастность к революционному интернационализму нельзя, запрещено, потому что это иллюзии (вот уже прямо к нашей теме). К перечню иллюзий, приняв во внимание пункт один, можно добавить и стремление к сохранению россиян как народа - это тоже для души не годится. Для души можно только сопереживать чужой жизни (согласен!) и…
И все.

Да нет, не все. Православие для души нельзя, иллюзия, а вот адвентизм - можно, там живой народный дух и, надо полагать, безо всяких иллюзий. А в чем он заключается? В постоянной оппозиционности, в программном несоблюдении законов страны, в которой ты живешь - больше никаких положительных свойств идеологии адвентистов академик не упоминает.

То есть, помимо индивидуального человеческого сострадания, в качестве единственного объединяющего духовного фактора рекомендуется враждебность государству. Больше для души ничего не иллюзорного не бывает. А в таком рассоле и сострадание переквашивается в сострадание исключительно тем, кто гоним государством - и, стало быть, стоит только кому-либо как-либо нагадить государству, чтобы оно ощерилось (стоит ли говорить, что оно щерится НЕ ТОЛЬКО за любовь к людям), как, хошь ни хошь, надо ему сострадать. А остальные, законопослушные, и без сострадания обойдутся.

С каким уважением и восхищением описывает Андрей Дмитриевич Сахаров поведение Сергея Адамовича Ковалева на суде. Когда публика в зале отреагировала без сочувствия, смешками, тот крикнул: "Я не буду говорить перед стадом свиней!" (с. 633).

Вот квинтэссенция правозащитной идеологии. Все люди имеют право на убеждения, но те, кто не имеет диссидентских убеждений, людьми не являются…

Конечно, в ту пору очень многое оправдывалось тем, что инакомыслящие были НА СУДЕ, а их оппоненты, в лучшем случае - В ЗАЛЕ СУДА. Если не по существу оправдывалось, то хотя бы эмоционально. Но теперь - мы все на суде.

На суде друг у друга. На суде у истории. А поэтому ныне, ежели у кого (попробуем представить метафору знаменитого романа Достоевского буквально), что-то лишнее отросло на голове, нимб страдальца сих новообразований уже не прикроет...

============ Конец цитаты =====================================

То есть, читая только самого Сахарова, можно отчетливо увидеть, какой мерзкой гадиной он был.

Вячеслав же Рыбаков -- очень интересный автор, стоит почитать.
Tags: enemies
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic
  • 37 comments