Коммик (stalinist) wrote,
Коммик
stalinist

Categories:

Капиталистический реализм: Комплекс несвободы в свободном мире

Посмотрели колоритную британскую черную комедию In Bruges (В Брюгге) (2008). Фильм очень милый с очень обаятельными героями, рекомендую. Говорят там быстро и с сильным ирландским акцентом, так что понимать не легко, однако всe самые сочные диалоги приведены в IMDb. (Здесь -- картинки из фильма.)

Главные герои таковы: Гарри -- глава преступной шайки (большой или малой -- не ясно; скорее малой); Рей (около 30 лет) и Кен (около 50 лет) -- наемные убийцы (на картинке слева). Гарри нанял Рея убить католического священника в Лондоне -- это должно было быть первым преступлением Рея (мотивы Гарри не ясны: то ли священник -- педофил, то ли мешает операциям с недвижимостью). Кен должен был подстраховать. Рей убивает священника в процессе своей исповеди по поводу этого самого убийства; пуля, пробившая священника, убивает также мальчика, дожидающегося очереди на исповедь.

Гарри, однако, -- человек твердых моральных убеждений. Его принцип таков: убил невинного мальчика -- немедленно застрелись на месте. Рей этого не сделал, поэтому должен быть, в свою очередь, убит. Перед смертью ему, однако, предоставляется возможность в последний раз насладиться жизнью в сказочном городе Брюгге в Бельгии, куда Рей и Кен посланы под предлогом необходимости схорониться после неудачного исполнения задания.

Будучи в Брюгге, Кен получает по телефону задание убить Рея. Приближаясь к последнему сзади с пистолетом наготове, он обнаруживает, что Рей сам достает револьвер и приставляет его к своему виску: дело в том, что Рей терзаем угрызениями совести по поводу невольного убийства мальчика. Растроганный Кен не только отказывается от намерения убить Рея, но и останавливает попытку самоубийства. Он отечески успокаивает плачущего Рея, говоря, что последний может компенсировать совершенное зло будущим добром. В конце концов он отправляет Рея на поезде в новую жизнь, о чем сообщает по телефону Гарри.

Гарри приезжает из Лондона разбираться с Кеном за непослушание. Кен не оказывает никакого сопротивления и не предпринимает никаких попыток спастись. Он принимает как должное намерение Гарри застрелить его, сообщая лишь, что отпустить Рея было его моральным долгом. Потрясенный благородством Кена Гарри ограничивается только выстрелом в ногу в качестве наказания.

Между тем Рей в результате некоторой побочной сюжетной линии вынужден вернуться в Брюгге, и Гарри становится это известно. Кен, жертвуя жизнью, пытается предупредить Рея об опасности. После довольно продолжительного преследования Гарри ранит Рея, а потом добивает его несколькими выстрелами; одна из пуль, пробив Рея, попадает в находящегося на улице карлика, убивая его. Увидев это и следуя своим принципам, Гарри убивает себя, засунув себе пистолет в рот.

Рея забирает скорая помощь, и вопрос его выживания оставлен на воображение зрителей.

Разумеется, это не единственный фильм с благородными бандитами; таких много и в британском, и в американском кино. Возьмите, к примеру, нашумевший Pulp Fiction (1994), да и вообще всю тарантинщину.

В какой мере всё это реализм? В значительной: язык героев беден и насыщен ругательствами, их взгляд на мир прост и незамысловат; они, в отличие от героев советских фильмов, не притворяются особенно идеалистичными, культурно обогащенными или интеллектуально продвинутыми.

В то же время, как и в социалистическом реализме, такого рода фильмы показывают то, чего в реальности не существует. Есть и разница: во-первых, капреализм демонстрирует то, что авторы и, главное, зрители хотели бы видеть существующим, в отличие от соцреализма, который показывал то, что хотелось видеть существующим Идеологическому Отделу ЦК КПСС. Во-вторых, если мечты соцреализма казались в принципе осуществимыми, мечты капреализма -- чистая утопия: в самом деле, ну можно ли вообразить себе появление благородных наёмных убийц?

Отчего же возникает такая мечта о благородном убийце? По простой причине: западному человеку хочется быть благородным, и хочется быть убийцей. Ну, с благородством понятно, а почему убийцей-то?

Если мы исключим гипотезу о массовой садистской психопатологии западного мира, можно предположить, что страсть к насилию проистекает от ощущения невозможности установить должный порядок в западном обществе ввиду того, что это общество имеет слишком много противоречащих западной душе ограничений -- власть денег, косная, бездушная и сервильная правовая структура и т.п., -- чтобы западный человек чувствовал себя в нем комфортно. Он чувствует удушье либеральной демагогии и мечтает ее разрушить до основанья, а затем. Западный человек чувствует себя очень несвободным в самом свободном из миров -- отсюда все эти влажные грезы...
Tags: america, cinema, europe, morality
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic
  • 4 comments