Коммик (stalinist) wrote,
Коммик
stalinist

Почему я не националист?

Чтобы ответить на этот вопрос, надо сначала выяснить, почему люди бывают националистами, в частности, почему я сам был русским националистом.

Самая древняя форма национализма, коренящаяся, по-видимому, в животном прошлом человечества, -- это национализм, основанный на иррациональной вере в исключительность своего племени; типичные представители -- еврейский национализм и унаследовавший ему национализм протестантский (точнее, кальвинистский/пуританский). О вере же не спорят, так что обсуждать здесь особенно нечего.

Наш же русский национализм советского извода был национализмом рациональным с аргументами, почерпнутыми из наблюдений над реальностью. Современные антисоветские националисты любят голосить о том, что в СССР русский народ был подавляем и эксплуатируем в интересах национальных меньшинств. Это, конечно, вздор. Советский режим, почти не скрывая, культивировал во всех нас именно русский национализм, действуя сразу по нескольким направлениям:

1) Литература и искусство почти всегда изображали советских людей в виде прекрасных русоволосых атлетов, неустанно карающих зло и творящих добро. (Здесь можно уподобить советскую пропаганду американской массовой кино-видео-культуре (Голливуду): в американском кино и даже в мыльных сериалах герои, как правило, привлекательны, хорошо ухожены и подстрижены, с прекрасными зубами и с, как минимум, хорошими фигурами. Европейская культура более реалистична: актеры там часто некрасивы, с уродливыми зубами, плохим произношением, а женщины -- малогруды; хороший пример -- идущий уже несколько десятилетий британский сериал "Coronation Street".)

2) Советская пропаганда изобрела множество русских героев, реальное значение которых в развитии культуры и общества было весьма незначительным: "ученого" Ломоносова, "инженеров" Кулибина и Черепановых и т.п., не говоря уже об Илье Муромце и его коллегах. На самом же деле выдающиеся деятели культуры, прославляемые в качестве русских, принадлежали, как правило, культуре западно-европейской и развивали именно последнюю: русские классические композиторы, деятели балета и т.п.

3) Широко провозглашенная "новая историческая общность -- советский народ" была, очевидно, эвфемизмом для "русского народа"; декларируемые интернационализм и равенство народов выглядели очень фальшиво и воспринимались как едва прикрытое великодушие русского народа, нарочно затушевывающего себя, чтобы его младшие братья не чувствовали большого дискомфорта от собственной неполноценности.

Я ничего не имею против национализма как такого, если только он является "медицинским фактом": вполне может быть, что один народ существенно превосходит другие народы, возможно даже, образуя отдельный подвид; необходимо лишь выявить рациональные подтверждения этого превосходства, и советская пропаганда, казалось, справлялась с этой задачей.

Но ветрами подуло грозными, и советский режим рассыпался, как карточный домик, предоставив русский народ самому себе, подобно бездарному певцу, которому во время выступления на сцене отключили магнитофон, фальсифицирующий "его пение". "Ща", -- сказал русский народ, откашливаясь и набирая полную грудь воздуха, -- "Ща спою", но дал позорного петуха.

Величие русского народа оказалось лишь декорацией, которую, после падения Советской власти, некому было поддерживать. Новые экспериментальные данные это величие более не подтверждали.

Ну что ж, русский народ мне друг, но истина дороже.

Однако переход России к оголтелому капитализму остро подчеркнул правоту Маркса 150-летней давности: раскол человечества проходит не по этническим, а по классовым границам. Русский мерзавец, получивший волю и власть, оказался не менее подлым и безжалостным, чем мерзавец еврейский.

Классовый подход показавает нам мерзавцев, оказавшихся у власти и, потому, мерзавцев явных. Это, однако, не означает непременно, что их жертвы мерзавцами не являются, но содержание душ последних известно только Богу; нам остается лишь довольствоваться явным, направив свои силы на борьбу с правящим классом мерзавцев, какой бы национальности они ни были.

В последнее время я чувствую острое отвращение к антисемитизму, ставшему столь популярным объяснением русского унижения и принятому на вооружение многими русскими националистами. "Надо разоблачать Чубайса, потому что он еврей!" -- кликушествуют антисемиты. Надо, конечно, разоблачать Чубайса, но не потому, что он еврей, а потому, что он мерзавец, как и русский Медведев.

"Нет", -- кричат антисемиты, -- "У Медведева прабабушка еврейка!" Допустим. Но, если бы не было у него ни капли еврейской крови, что же, был бы он молодец с их точки зрения?

Антисемитизм отвратителен, поскольку он подобен кривому зеркалу, грубо искажающему реальность и убирающему из фокуса важное, концентрируясь на второстепенном. Антисемит подобен сумасшедшему, незаметно для самого себя подложившему сильный магнит под одну из чашек своих точных аптекарских весов, на которых он взвешивает добро и зло.

Мне больше по душе лозунг Дугина (кажется): "Все хорошие люди -- русские". Собственно говоря, почти таков же был и лозунг Российской империи: "Все православные люди -- русские".
Tags: jews, nationalism, old_russia, russians, ussr
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic
  • 11 comments