?

Log in

No account? Create an account
Достоевский и православие - Коммик, Just Коммик — LiveJournal
February 6th, 2012
01:55 pm

[Link]

Previous Entry Share Next Entry
Достоевский и православие
Достоевский считается православным писателем, чуть ли не фундаменталистом. Мне не очень понятно, на каком основании делается такое заключение. Впрочем, грешен, читал только его бестселлеры.

В меру своей ограниченности предположу, что указанному мнению Достоевский обязан, главным образом, своим многочисленным страницам в "Братьях Карамазовых", посвященным старцу Зосиме и его окружению. Однако я не нашел на этих страницах каких-либо глубоких православных идей. С другой стороны, именно в "Братьях Карамазовых" -- в бунте Ивана Карамазова с его слезинкой замученного ребенка -- Достоевский обнаруживает своё полное непонимание христианства, а именно христианской идеи о загробной жизни и приоритете ее ценностей по сравнению с жизнью земной.

Вопиюще нехристианским является один из самых популярных на Западе (не по этой ли самой причине?) романов Достоевского -- "Преступление и наказание", поскольку вопиюще нехристианским является ее главный герой Раскольников. Последний страдает лишь от того, что не сумел стать сверхчеловеком. Ни малейшего раскаяния по поводу злодейства он не испытывает до самого конца романа.

"Не согрешишь, не покаешься", -- говорит мудрая русская поговорка, являющаяся отнюдь не только циничной шуткой, как это может показаться на первый взгляд. Достоевский упустил великолепный шанс использовать свой сюжет, чтобы показать обращение грешника, подобное обращению Св. Павла, когда злодей оказывается потрясен своим злодейством так, что душа его полностью преображается. Будучи христианином, Раскольников мог бы осознать, что самое тяжкое преступление -- это преступление перед Богом, а не перед людьми, и раскаяние в таком преступлении могло бы очистить душу, подобно выздоровлению после острой, на грани смерти, пневмонии вместо пожизненного страдания от хронического бронхита.

Tags: , ,

(3 comments | Leave a comment)

Comments
 
[User Picture]
From:witeman
Date:February 6th, 2012 07:46 pm (UTC)
(Link)
В качестве материала для размышления предлагаю ознакомиться с альтернативным мнением.

"Достоевский был крестьянин, а Толстой - человек из общества мировой столицы. Один никогда не мог внутренне освободиться от земли, а другой, несмотря на все свои отчаянные попытки, так этой земли и не нашел.
Толстой - это Русь прошлая, а Достоевский - будущая. Толстой связан с Западом всем своим нутром. Он - великий выразитель петровского духа, несмотря даже на то, что он его отрицает.
Это есть неизменно западное отрицание. Также и гильотина была законной дочерью Версаля. Это толстовская клокочущая ненависть вещает против Европы, от которой он не в состоянии освободиться. Он ненавидит ее в себе, он ненавидит себя. Это делает Толстого отцом большевизма. Все бессилие этого духа и «его» революции 1917 г. выплескивается из оставшихся в его наследии сцен «И свет во тьме светит». Достоевскому такая ненависть незнакома. С тою же самой страстною любовью он вбирал в себя и все западное. «У меня две родины, Россия и Европа». Для него все это, и дух Петра, и революция, уже более не обладает реальностью. Он взирает на все это как из дальнего далека - из своего будущего. Его душа апокалиптична, порывиста, отчаянна, однако она в этом будущем уверена. «Я хочу в Европу съездить, - говорит Иван Карамазов своему брату Алеше, - и ведь я знаю, что поеду лишь на кладбище, но на самое, на самое дорогое кладбище, вот что! Дорогие там лежат покойники, каждый камень над ними гласит о такой горячей минувшей жизни, о такой страстной вере в свой подвиг, в свою истину, в свою борьбу и в свою науку, что я, знаю заранее, паду на землю и буду целовать эти камни и плакать над ними». Толстой - это всецело великий рассудок, «просвещенный» и «социально направленный». Все, что он видит вокруг, принимает позднюю, присущую крупному городу и Западу форму проблемы. Что такое проблема, Достоевскому вообще неизвестно. Между тем Толстой- событие внутри европейской цивилизации. Он стоит посередине, между Петром Великим и большевизмом. Все они русской земли в упор не видят. То, с чем они борются, оказывается вновь признанным самой той формой, в которой они это делают. Это все не апокалиптика, но духовная оппозиция. Ненависть Толстого к собственности имеет политэкономический характер, его ненависть к обществу - характер социально-этический; его ненависть к государству представляет собой политическую теорию. Отсюда и его колоссальное влияние на Запад. Каким-то образом он оказывается в одном ряду с Марксом, Ибсеном и Золя. Его произведения - это не Евангелия, но поздняя, духовная литература."
[User Picture]
From:witeman
Date:February 6th, 2012 07:46 pm (UTC)

Продолжение

(Link)
"Достоевского не причислишь ни к кому, кроме как к апостолам первого христианства. Его «Бесы» были ошиканы русской интеллигенцией за консерватизм. Однако Достоевский этих конфликтов просто не видит. Для него между консервативным и революционным нет вообще никакого различия: и то, и то - западное. Такая душа смотрит поверх всего социального. Вещи этого мира представляются ей такими маловажными, что она не придает их улучшению никакого значения. Никакая подлинная религия не желает улучшить мир фактов. Достоевский, как и всякий прарусский, этого мира просто не замечает: они все живут во втором, метафизическом, лежащем по другую сторону от первого мира. Что за дело душевной муке до коммунизма? Религия, дошедшая до социальной проблематики, перестает быть религией. Однако Достоевский обитает уже в действительности непосредственно предстоящего религиозного творчества. Его Алеша ускользнул от понимания всей литературной критикой, и русской в том числе; его Христос, которого он неизменно желал написать, сделался бы подлинным Евангелием, как и Евангелия прахристианства, стоящие всецело вне всех античных и иудейских литературных форм. Толстой же - это маэстро западного романа, к уровню его «Анны Карениной» никто даже близко не подошел; и точно так же он, даже в своей крестьянской блузе, является человеком из общества.
Начало и конец сходятся здесь воедино. Достоевский - это святой, а Толстой всего лишь революционер. Из него одного, подлинного наследника Петра, и происходит большевизм, эта не противоположность, но последнее следствие петровского духа, крайнее принижение метафизического социальным и именно потому всего лишь новая форма псевдоморфоза. Если основание Петербурга было первым деянием Антихриста, то уничтожение самим же собой общества, которое из Петербурга и было построено, было вторым: так должно было оно внутренне восприниматься крестьянством. Ибо большевики не есть народ, ни даже его часть. Они низший слой «общества», чуждый, западный, как и оно, однако им не признанный и потому полный низменной ненависти. Все это от крупных городов, от цивилизации- социальнополитический момент, прогресс, интеллигенция, вся русская литература, вначале грезившая о свободах и улучшениях в духе романтическом, а затем- политико-экономическом. Ибо все ее «читатели» принадлежат к обществу. Подлинный русский- это ученик Достоевского, хотя он его и не читает, хотя - и также потому что - читать он не умеет. Он сам - часть Достоевского. Если бы большевики, которые усматривают в Христе ровню себе, просто социального революционера, не были так духовно узки, они узнали бы в Достоевском настоящего своего врага. То, что придало этой революции ее размах, была не ненависть интеллигенции. То был народ, который без ненависти, лишь из стремления исцелиться от болезни, уничтожил западный мир руками его же подонков, а затем отправит следом и их самих - тою же дорогой; не знающий городов народ, тоскующий по своей собственной жизненной форме, по своей собственной религии, по своей собственной будущей истории. Христианство Толстого было недоразумением. Он говорил о Христе, а в виду имел Маркса. Христианство Достоевского принадлежит будущему тысячелетию."
Освальд Шпенглер. "Закат Европы".
[User Picture]
From:stalinist
Date:February 6th, 2012 07:52 pm (UTC)

Re: Продолжение

(Link)
Очень интересно, спасибо!
Powered by LiveJournal.com